Основные направления изобразительного искусства XX века

В Центральном выставочном зале в Перми проходит выставка «Саквояж»

15.04.2015
Открытие выставки, где представлены две экспозиции всемирно известных художников Петра Фролова и Натальи Тур, состоялось 27 февраля.

В Лувре нет средств для проведения выставки Джефа Кунса

13.04.2015
Руководство Лувра было вынуждено отменить выставку работ художника Джеффа Кунса по причине отсутствия средств финансирования.

Спустя 10 лет после отмены принято решение вернуть премию имени Эдварда Мунка

10.04.2015
Наконец, после долгих лет затишья, премия восстановлена. Произошло это благодаря поддержке нефтегазовой компании Норвегии Statoil.
В. С. Турчин

Книги → По лабиринтам авангарда → КАНДИНСКИЙ. АБСТРАКЦИЯ ПЛЮС РОМАНТИКА

Об эволюции стиля, датах и названиях произведений легко можно узнать по записным книжкам Кандинского и Мюнтер, где под порядковыми номерами отмечались все созданные произведения, давались им названия (нередко и по-русски и по-немецки), делались небольшие композиционные зарисовки. «Импровизация I» (1909), с которой начался новый стиль, не сохранилась. Следующая работа того же 1909 г.— «Погребальная процессия», затем последовали «Ориенталистическое», «Лодки», «На пляже» и др. Сам художник считал, что «импрессии» (т. е. впечатления) передают эффект видимой натуры, «импровизации» выражают впечатления внутренние, а «композиция» для Кандинского звучала, как «молитва», и вызывала в нем «внутреннюю вибрацию». Чаще всего «композиции» были среди его работ самыми большими по размеру и самыми отвлеченными по мотивам (например, «Композиция VI» имеет размеры 195X300 см).

Многие произведения предварялись эскизами (живописными, перовыми и акварельными); наконец, имелись варианты, порой до четырех, отличающиеся по степени абстрагирования изобразительных элементов. Так, «Св. Георгий III» есть в отвлеченном варианте, в «лубочном» и исполненном более реально. Некоторые из вариантов писались на стекле. Само тяготение к некоторой серийности, начавшееся с «Руанского собора» Моне, типично для авангардистского художественного сознания. С 1914 г. некоторые произведения Кандинского стали называться не по возможным ассоциациям, типа «Концерт» или «Пастораль», а по господствующим элементам формы, вроде «Пейзаж с красным пятном» и т. п.

В большинстве произведений Кандинского самого его интересного, экспериментального, да и самого интенсивного (200 живописных полотен) периода 1909—1914 гг. есть определенные иконографические мотивы, узнаваемые более или менее отчетливо: всадники, казаки, ню, пальмы, лодки, острова в море, горы, радуги, колокола, звери, кладбища, дома, храмы, башни, облака, деревья, озера, дамы в кринолинах, фонтаны, пушки... Эти узнаваемые элементы сплетались с чисто абстрактными формами, заставляя и их приобретать ассоциативную сущность, так, чтобы они «становились знаками Духа, дающими наслаждение». Современники замечали подобную аллегоричность абстрактных полотен Кандинского. Американский коллекционер А. Д. Эдди спрашивал художника, возможно ли видеть пушки и людей в его картинах, на что тот отвечал: «Большее или меньшее напоминание о реальности появляется у зрителя как повторное звучание, которое вещи вызывают во всех, кто чувствует». Так что известная «прислоненность» к реальности оказывалась возможной. Более того, в одной области, для него крайне важной, она проявлялась весьма откровенно: это преимущественно сцены Апокалипсиса, жития святых. Темы «Потопа», «Рая», «Трубного гласа», «Всадников Апокалипсиса», «Всех святых», «Воскрешения» проходят через все предвоенные годы.

Кандинский, зная о новых научных открытиях, как и многие, делал вывод, что материальный мир рушится («все стало шатким»), и пытался понять, что открывается за ним. В «Тексте художника» Кандинский сравнивал космос и живопись и описал подобное мировидение: «Живопись есть грохочущее столкновение различных миров, призванных путем борьбы и среди этой борьбы миров между собой создать новый мир, который зовется произведением. Каждое произведение возникает технически так, как возникает космос,— он проходит путем катастроф, подобных хаотическому реву оркестра... Создание произведения есть мироздание».

Пятна, некие цветные облака, мягкие, словно биологизированные, часто оконтуренные в стиле Ар нуво, образуют сложнейшие сочетания. Среди них, словно молнии разного цвета, зигзагами мелькают линии, чтобы создать эффект ухода в глубину, чтобы «заманить» зрителя вовнутрь. Эти пятна то бегают, то расступаются, они то больше, то меньше, что, впрочем, не является знаком их реальной величины или удаленности; как космос, такая живопись пространственно и хронологически неоднородна, мы видим вспышки далеких «перспективных» пятен, пропадающих в бездне, и тех, что выплывают нам навстречу», по выражению самого Кандинского. Это — «хор красок, врывающихся в душу из природы». Главное, чтобы «зритель самозабвенно растворился в картине», «жил в ней». Тут важна не форма (почему Кандинский не любил «искусства для искусства»), но переживание, «внутреннее влечение», «сверхчувственная вибрация», как будто вместо гармонии ладов хрустальных сфер пифагорейцев в рушащемся и движущемся космосе зазвучала музыка Вагнера.

← предыдущая следующая →

Страницы раздела: 1 2 3 4 5 6 7